Блог Павла Лачева

Августина Прокопьевна, Вы до сих пор не даете мне покоя. Нет, ни в коем случае я не виню Вас.

Я мучаюсь тем, что не смог ничего сделать для Вас.

Вы пришли ко мне на прием в надежде, что это как-то поможет Вашей внучке Наде.

Сама Надя прийти не могла, поскольку живет в другом городе. И мы говорили с Вами об этом по телефону, но Вы все равно пришли.

И правильно сделали, а я не сделал ничего, чтобы помочь Вам. Только выслушал, но этого оказалось недостаточно.

Теперь я вспоминаю Вас и сожалею, хотя уже прошло время.

Августина Прокопьевна, недавно мне снился сон: я сижу на переднем пассажирском сиденье автомобиля, а за рулем человек в форме милиционера спит. Я трясу его, чтобы разбудить, а он только мычит что-то невнятное и спит дальше.

Управлять Потоком, в котором мы живем нельзя. А вот научиться воспринимать и понимать Поток – наша с Вами задача, Августина Прокопьевна.

Я взял руль в свою правую руку и левой рукой ногами спящего милиционера стал давить на педали.

А вот с Вами, Августина Прокопьевна, я не сделал того же самого и позволил автомобилю со спящим милиционером катиться, куда ему вздумается.

Я не воспринял и не понял Ваш Поток, Августина Прокопьевна, за что и прошу простить меня.

Сегодня, Августина Прокопьевна, следуя пониманию принципа нелинейности и нелокальности Потока, я хочу исправить свою ошибку.

Принцип нелинейности и нелокальности свидетельствует о том, что воспринимать и понимать Поток можно, находясь в любом месте и в любое время.

А, значит, Августина Прокопьевна, я мог помочь Вам, действуя так, как если бы Ваша дочь со своей дочерью и Вашей внучкой Надей, которые не смогли прийти ко мне на прием, присутствовали бы в моем кабинете непосредственно.

Вам, возможно, это показалось бы странным.

Но я предложил бы Вам помочь Вашей внучке «через Вас». Такая формулировка, думаю, сработала бы.

Или я сказал бы что-нибудь вроде: «Пригласите сюда дух своей внучки», и даже если вы, Августина Прокопьевна, не верите в духов, я бы сказал, что сам буду с ними общаться, и потому Вам верить в них совершенно необязательно.

В любом случае, Августина Прокопьевна, я мог что-нибудь придумать.

Но не сделал этого, забыв о принципе нелокальности и нелинейности.

И прямо сейчас, рассуждая о Вас и Вашей внучке Наде, дорогая Августина Прокопьевна, я снова забываю об этом волшебном принципе!

Ведь если Вы, Августина Прокопьевна, вместе с напоминанием о понимании Потока в виде спящего милиционера за рулем автомобиля присутствуете в моих сновидениях, значит, нелокальность и нелинейность говорят о себе во весь голос!

И прислушаться к этому голосу – мой профессиональный долг!

Я прошу Вас, Августина Прокопьевна, прямо сейчас подумать о своей внучке Наде.

Вы спрашиваете меня, что это даст, я объясняю, как могу принцип нелокальности и нелинейности и возможности помочь Вашей внучке Наде через Вас.

Вы соглашаетесь. И я вижу, что духи уже здесь!

Ваши руки и ноги напрягаются, как будто вы сидите верхом на лошади.

Я прошу усилить это напряжение, и появляется сначала мелкая дрожь, потом крупная тряска. Вы будто бы скачете или кого-то трясете изо всех сил, Августина Прокопьевна.

Я не вижу Вашу внучку. Я ее никогда не видел. Но знаю, что Вы видите ее. Этого достаточно.

Ваша тряска превращается в танец. Я спрашиваю Вас, что происходит.

«Ворон! Черный ворон кружит над моей девочкой! Я никогда не прощу себя, если не приду ей на помощь!» — кричите Вы, Августина Прокопьевна, и бросаетесь спасать дорогого Вам человека.

Схватка с невидимым врагом длилась не больше минуты. Количество проявленной энергии – несравнимо с Вашим изящным обликом и элегантными манерами.

Вы снова садитесь на стул и на Вашем лице, Августина Прокопьевна, блаженная усталость.

Вы победили!

Я рад за Вас, Августина Прокопьевна! И рад за себя.

Мне удалось сделать то, что я не сделал сразу.

Хотя если следовать принципу нелинейности и нелокальности – где бы и когда бы ты ни находился во времени и в пространстве, принять участие в общем Потоке – всегда уместно и всегда ко времени.

Будьте счастливы, дорогая Августина Прокопьевна. И пускай будет счастлива Ваша внучка Надя.

Своим приходом Вы сделали для нее наибольшее из возможного.

Сновидения про Вас меня оставили, Августина Прокопьевна, и потому я решился опубликовать это обращение, написанное некоторое время назад.

Иметь цель и достигать, не идя к ней?

Как это?

Цель – состояние Потока. Но как не идти к ней? Фиксироваться на не значительном? Фиксироваться, усиливать незначительное, получать значение и отпускать?

Отпускать добытое значение? Чтобы вновь фиксироваться на чем-то не значительном? Вновь отпустив добытое значение?

Поток – череда парадоксов?

Логично ли, что в Потоке, состоящем из парадоксов, присутствует логика? Это не только логично, но и парадоксально.

Поскольку для того, чтобы череду парадоксов иметь самодостаточной, ее прерывает логика.

Логика противоречит парадоксу. Череда парадоксов логична. Прерывание череды парадоксов логикой – парадоксально.

Логика и парадокс – не есть отдельные свойства Потока.

Парадоксально-логическое сочетание логики и парадокса — самоисключающая характеристика Потока.

И основная. Если не единственная.

Таким образом, Поток это то, чего нет.

Но Он есть, потому что мы чуем его последствия!

Поток это малина, которая сама падает тебе в ладонь.

Когда рядом, казалось бы, ни одного малинового куста.

Папа пришел за три-девять земель один-одинешенек, пешком, в одной рубахе, с пустыми руками и вывел своих детей из забвения.

Вот это уникальность!

Вот это единственность и неповторимость!

И каждый может быть папой.

Как сказал замечательный русский писатель, любимый писатель моего любимого поэта Иосифа Бродского, Андрей Платонов: «К людям нужно относиться по-отечески».

Папа пришел пешком и с пустыми руками, но внутри него был по-детски оформленный не то человек-паук, не то тарзан, в общем, супермен, похожий на живого робота со сгустками мускулов, кряжистый и одухотворенный своей священной яростью достичь желаемого.

Противостоять этим двум – супермену в папе и папе в супермене – нет никакой возможности, да и желания не возникает – не нашлось таких смельчаков. Даже не вышел никто возразить.

Папа пришел один и с пустыми руками вывел детей из забвения!

Вот это уникальность! Вот это единственность и неповторимость!

***

- Ему мир в этом мире, — сказала его мама. А маму он пока еще слушался. Такой уж он был и оставался таким.

- И папино пальто ему не надо, — потому что папа давно ушел, а пальто оставил.

- Хоть майка под пальто и хороша, пальто все равно не надо. Пускай без пальто. Это его жизнь.

Попробовал бы кто-нибудь надеть папино пальто. Я пробовал раз. Больше не стал.

Он послушался маму, снял пальто. Его лицо просветлело. Или отсвет давала белая майка, что была все это время под пальто.

Плечи расправились, грудь посмотрела вперед, и он сказал маме:

- Мама, я женюсь.

Мама не смогла ничего ответить и только кивнула. Ведь она сама только что сняла с него папино пальто.

***

Из анамнеза:

«…каждый раз, когда я начинаю новую пару, она делает то же самое. Зачем два сапожника в одном доме? Она говорит, что если она может родить, то и сапоги не проблема. А я не понимаю, зачем два сапожника в одном доме?..»

Сегодня я пришел на консультацию к самому себе.

В кофейню, как обычно в последнее время, когда ему, то есть мне, не хочется идти на работу.

И в этот раз на работу, то есть в кабинет, ему, то есть мне, идти было неохота.

Поэтому договорились встретиться в кофейне.

Он, то есть я, пришел и сел, развалясь, как обычно. Точнее, я пришел, а он, то есть я, уже был там. Я сел напротив.

На нас были одинаковые светлые кофты. И всё остальное тоже одинаковое. Только осанки разные. Я немного сутулился и морщил лоб.

Он, то есть я, смотрел по сторонам с отрешенным выражением.

Привычная светлая кожаная мебель.

- Павел, — говорю я ему, то есть себе, — ситуация такая, — и в трех фразах описываю ситуацию полутора последних лет, которая вызвала мой вопрос. Описал очень точно и кратко, как он, то есть я, очень любит.

После того, как я описал ему, то есть мне, ситуацию таким образом, спросить меня по сути дела ему, то есть мне, было нечего и сказать по сути дела тоже пока было нечего.

Поэтому он, то есть я, спросил меня:

- А чего ты, Павел, хочешь от нашей сегодняшней встречи?

- Хочу понять, как мне справляться, точнее, справиться с этой ситуацией. Именно справиться, потому что, если мне придется с ней справляться еще какое-то время, то я так не согласен. Справляться это не значит жить. А я хочу справиться с ней, закончить ее и жить.

- Что такое для тебя жить?

- Чувствовать себя хорошо внутри и делать то, что, как я считаю, хочу, могу и должен делать.

- Значит, наша задача — понять, что помогает тебе чувствовать себя хорошо внутри, определить нужные действия, которые ты хочешь, можешь и должен делать, и найти что-то, что помогает тебе их делать?

- Первое, второе и третье? — улыбнулся я ему, то есть мне.

Он, то есть я, кивнул мне и улыбнулся в ответ.

Я знал, что он, то есть я, любит, когда есть первое, второе и третье. И на обед и по сути.

А он, то есть я, знал, что самое главное — правильно сформулированный вопрос. И помог мне его сформулировать.

Поэтому, к тому моменту, когда он, то есть я, помог сформулировать мне вопрос и улыбнулся в ответ, я уже знал свой ответ, который состоял из первого, второго и третьего.

Потому что найти правильный ответ очень легко, зная правильный вопрос.

Правильный ответ приходит следом за правильным вопросом. Почти самостоятельно.

Он, то есть я, тоже знал, что я знаю ответ, потому что он, это и есть я.

Мы могли бы уже расстаться, но он, то есть я, спросил меня:

- Я влюбился. Что делать?

- И это прекрасно??

- Да.

- Твоя любовь может помочь мне чувствовать себя хорошо?

- Согласен, — ответил он, то есть я, мне.

И мы решили не расставаться.

P.S. Пишу теперь уже по прошествии значительного времени с той самой консультации.

Когда этот, первый, пришел на консультацию ко второму, то, похоже, оба нуждались друг в друге.

И я смотрю на них сейчас со стороны, хорошо помню, какой вопрос был у первого, в кого или, точнее, во что влюбился второй, хорошо помню все три пункта их совместно придуманного решения и понимаю, что прямо сейчас изо всех сил всё еще воплощаю своей жизнью это самое, тогда ими придуманное, решение.

Стало быть, и я, третий из них, нуждаюсь в тех двоих.

«Кто хочет свободы?» — спросил я себя.

Кто? – моя личность в целом или какая-то ее часть?

Часть. Моя часть.

Какая?

Которая хочет много секса. Которая хочет путешествовать. Которая хочет брать!

Моя потребительская часть хочет свободы брать!

Брать ото всех и от всего!

Брать, брать, брать!!!

Но это чревато!

Этот тщедушный, косматый мужичок, почти без одежды на голом теле – так выглядит моя потребительская часть — указующим перстом предписывающий, где и что брать.

Мужичок, изможденный деянием брать.

Переговоры с ним и разумная аргументация оказались тщетны.

А вот наблюдения за ним с близкого расстояния привели к его осознанию собственной усталости и появлению над его лохматой головой синего цвета.

Наверное, синее – это небо.

Потом синего стало больше. Наверное, это море.

Синим стало все вокруг него, и тщедушный, косматый мужичок стал успокаиваться.

И вот он уже укрепился в теле, в смысле, стал не таким худым, а потолще и покрупнее. И вообще, его стало больше.

И синего стало больше.

И покоя стало больше.

Синего покоя.

Синий покой обступил все вокруг, а лицо моего героя разулыбалось.

Да, теперь он – мой герой.

Стало понятно, в чем его стремление.

Синий покой!

Синий покой, а вовсе не – «брать».

Он тот, кто озабочен моим покоем.

Синим покоем.

Он тот, кто жаждет моего отдыха!

Он желает для меня синего покоя.

Действительно, синий покой лучше, чем любой другой, например, красный.

Парадоксы сознания: чтобы сказать белое, оно говорит черное, и, поди, догадайся, о чем, собственно, речь.

Синий покой. Синий покой. Синий покой.

Красная работа.

Вырвалось! Словосочетание — красная работа — вырвалось. Откуда ни возьмись!

Откуда это?! Красная работа?!

Красная работа – абсолютно конгруэнтное словосочетание.

Оно, это словосочетание, обязательно должно что-то значить.

Что?

Она должна быть в жизни! Красная работа!

В жизни человека, в моей жизни, должна, просто обязана быть Красная Работа!

И тогда… – синий покой.

Собственно, Красная Работа только и возможна при наличии Синего Покоя.

Потому что — он всегда, а она – с перерывами.

Румяный человек в шапочке с хвостиком снится почти каждую ночь. Иногда днем.

Наставник. Я выбрал его своим наставником.

Теперь он не дает мне согрешить своей микромимикой. Иногда словами.

Вот и сегодня мой наставник делает своё лицо, чтоб я не делал глупостей.

Слушаться его? Я стараюсь.

Стараюсь! Стараюсь без всяких «но»!

Наставник как-то связан с одной девушкой, которая в бытность моей молодости была лучшей моделью одного из городов средней полосы России.

Я ее наставником не выбирал. Эта девушка тоже не дает мне согрешить, но по-другому. Если она — дух параллельного мира, то этот дух пинает меня в живот каждый раз, когда подходит словосочетание «на всякий случай».

Не могу сказать, что я сторонник или противник таких методов воспитания мужчин, просто не понятно, за что и во имя чего. А главное – потом пучит.

Румяного наставника в шапочке с хвостиком бывшая лучшая модель тоже не очень любит, но ногами в живот не пинает. А, значит, уважает.

Как он заслужил это уважение?

Распирание внутри живота и сейчас дает о себе знать. Наблюдать это ощущение — все равно, что прислушиваться к работающему мотокультиватору.

Я понятия не имею о мотокультиваторах и о том, как они работают, хотел только этим сравнением проиллюстрировать, шумовую мощь девушкиного пинка.

От такого не согрешишь!

Она словно помощник того, который в шапочке.

Чтобы не фрустрировать понапрасну, попил зеленого чайку с вечными ценностями (молочный шоколад «Алёнка»).

Ощущение в животе поутихло, но мысли о том, чтобы согрешить слабее не стали.

Румяный в шапочке всегда чуток улыбается, и сейчас тоже. А дева хмурится. Но они вместе и заодно! Это точно.

Лечить меня вздумали! Вон, хохочут оба. По-доброму.

Ладно, понял вас, наставники.

Наставников не выбирают.

Девушка, пинающая в живот, это самый грозный мой наставник.

Я принимаю тебя, учитель, бьющий посохом по голове ученика, потерявшего бдительность.

Что? Значит, я потерял бдительность?

Конечно, так. Иначе для чего она здесь? Девушка, пинающая в живот.

Удар посохом по голове от старого монаха или девушкин пинок в живот, что лучше?

Рассуждать на эту тему был бы смысл, если бы существовал выбор, но наставников не выбирают.

P.S. Дорогие друзья, во избежание недоразумений напоминаю, что все опубликованное как Дневник Сновидений (начатый здесь), написано в состоянии сна или близком к нему.

Я вздремнул на диванчике в ожидании следующего клиента.

Это была семья: энергично улыбающаяся мама, «спящий» папа и обаятельнейшая девочка трех лет – игривая и подвижная, как и положено девочке в этом возрасте.

Мама и папа уселись под прямым углом друг к другу, а девочка сновала туда-сюда как раскрученный волчок.

Это у нее — с рождения были запоры, которые врачи определили, в силу невозможности с ними справиться традиционными методами, как психогенные.

Мои глаза закрывались и временами были закрытыми. Я зевал. И папа этого семейства был мне очень понятен.

Он без конца что-то бормотал про себя как во сне. И когда я переспрашивал его, что именно он только что сказал, он говорил, не изменяя тональности, что-то вроде: «Баловная девочка, бегает и бегает…»

Мама все это время рассказывала, как они справляются с этой ситуацией и что предпринимали за эти три года. А я не понимал – сплю, бодрствую или сновижу наяву.

Я ведь вздремнул на диванчике в ожидании следующего клиента, и остатки сна на мне или остатки меня на диванчике продолжали быть.

Мама это заметила, но не подала вида, и всё продолжала рассказывать, энергично улыбаясь.

Папа спал, открытыми глазами наблюдая за девочкой и бормоча едва слышно…

Девочка бегала и бегала…

Я смотрел на эту семью и не верил никому кроме девочки.

Ни маминой энергичной улыбке, ни бормотанию спящего с открытыми глазами папы.

Они мне снились. А девочка была реальной. И я верил ее беготне.

Фраза «дети это наше подсознание» вспомнилась неожиданно, как будто приснилась.

И я попросил папу повторять за девочкой все, что делает она.

Папа удивился одними бровями, пробормотал что-то и послушно улегся на диван вверх ногами, как только что сделала девочка.

Она заметила эту перемену в папином поведении и включилась активно: «Папа, а давай так, а давай так…»

Потом еще активнее: «Делай так!»

Через несколько минут папа бегал по кабинету, подпрыгивая и крутясь на месте, едва успевая переводить дыхание.

Мама хохотала в изнеможении на своем месте. Так, что я теперь верил.

Но продолжал дремать, то ли на своем диванчике, то ли на рабочем кресле, изредка подбадривая папу похвалой.

Чем-то все должно было разрешиться.

Но я никак не мог предположить такой развязки!

Девочка, видя, что папа неотступно следует за ней, повторяя все ее действия, разбегается и со всего маху врывается в промежность, сидящей на диванчике, хохочущей мамы!

Обнимает ласково маму, поворачивается и выжидательно смотрит на папу.

Папа застывает на месте. Девочка повторяет трюк.

Папа ни с места.

Девочка меняет тактику – теребит мамину грудь, обнимает, а в завершении этого процесса засовывает свою головку в мамину промежность.

Мама хохочет, широко распахнутыми глазами глядя на меня, папа что-то бормочет, застыв на месте.

Я стараюсь проснуться, потому что это уже не сон – девочка решила разбудить всех – и начинаю более активно подбадривать папу.

Моих усилий хватило лишь на то, чтобы папа подошел поближе, присел на диванчике рядом с мамой и сымитировал то, что делала девочка, не касаясь колышущегося тела хохочущей мамы.

Девочка тем временем продолжала начатое с разными вариациями.

В итоге папа так и не смог исполнить задуманное девочкой. Мама усыпила девочку, усадив ее на колени, и, взяв энергичную улыбку, почти уснула сама.

Я тоже хотел было задремать на своем то ли диванчике, то ли рабочем кресле.

Но надо было что-то делать, ведь речь шла о детском запоре.

Я попросил папу с девочкой выйти в коридор.

Когда они удалились, спрашиваю мама: «Как вы относитесь к тому, к чему вся эта игра в конечном итоге привела?»

Мама не поняла вопроса и стала пространно говорить о том, что дома они тоже любят играть в волка и зайцев, где папа изображает волка, а они с девочкой – зайцев. Волк, естественно, охотится на зайцев.

Я еще раз повторил вопрос.

Она смотрит на меня и начинает говорить снова о том, что папа, вероятно, справился, но мог бы и поактивнее.

- Вы, — говорю, — не отвечаете на мой вопрос.

Она говорит:

- Задайте его по-другому.

На секундочку задумываюсь и спрашиваю:

- Кто в вашей паре чаще является инициатором интимной близости?

- Раньше, очень давно, была я, а теперь никто, — отвечает мама. Кстати, к этому времени энергичная улыбка ушла, и энергичность как явление тоже поубавилась.

Я говорю: «Ваша девочка – гений!» и начинаю рассуждать что-то о чистке зубов – мол, процедура обязательная, но лучше, если она будет еще и приятная, и хорошо бы иметь подходящие для этого инструменты и материалы, овладеть техникой и научиться делать это достаточно регулярно, приобретая свой собственный ритм, поскольку на сегодняшний день существует не только зубная щетка, но еще и флосс, зонды, полоскания и т.д.

- А вы считаете, это как-то связано? – спрашивает мама, имея ввиду то, с чем они пришли, и то, что мы видели.

- Ваша тормозная семейная коммуникация тормозит все жизненные процессы и потоки. И девочка показала в этой нехитрой игре, повышающей скорость жизненного процесса и усиливающей течение потоков, чего она хочет, и что ей нужно для благополучия. А у вас этого нет. Более того, она показала весь интимный акт во всей его полноте – от предварительных ласк через промежуточные этапы к кульминации! (мама хохочет)

- И она сделала это так, — продолжаю я, окончательно проснувшись, — что мы увидели абсолютно всё: поведение папы, поведение мамы, мы увидели даже то, что сама девочка своим присутствием мешает тому, чего искренне, но неосознанно, очень желает.

- Да! Да! – кричит мама, — она занимает всю нашу кровать!!!

- Хотите помочь девочке, дайте ее подсознанию того, чего оно хочет.

Мы поговорили с мамой о том, как важны на всех уровнях гармоничные интимные отношения между мужем и женой для семьи.

Мы не стали говорить о том, что взрослые в этой семье не прикасаются друг к другу, не смотрят в глаза друг другу, говорят в различных тональностях, а значит, благоприятных условия для обмена энергиями, который обязателен как чистка зубов, не создают.

Они ведь пришли спросить про детский запор.

Следующая встреча состоится. А, возможно, она не нужна.

И пускай эта нехитрая игра будет маме в помощь, тем более, что мама теперь знает, какой процесс ей хорошо бы отрегулировать.

Прощаясь, мама сказал, что получила то, за чем пришла, и оставила на краешке моего стола сумму в два раз большую, чем полагалось.

Они попрощались и ушли, а я еще долго соображал – дремлю ли я на диванчике или в рабочем кресле, или это я бодрствую и даже провожу консультацию.

P.S. Продолжение Дневника Сновидений здесь.

Прошел примерно час после моего утреннего пробуждения.

Звонок. В трубке крепкий женский голос: «Это центр? Нет? Психолог? У меня тут безвыходная критическая ситуация. Не могли бы вы..?»

Понимаю, что человек хочет прямо сейчас, и держу паузу.

«…не могли бы вы дать совет, а то меня мама со свету сживает?»

С утра советами не богат, да и не уверен я в своих советах в последнее время, а потому говорю:

- А где в теле вы чувствуете, как мама вас со свету сживает?

Вопрос странный, но абонент находчив.

- В груди давит, — говорит крепкий женский голос.

Прошу абонента своими личными руками усилить давление в груди и жду.

- Что? – спрашиваю.

- Растерянность.

- Вы растерянная женщина?

- Да. Да! У меня дефект внешности, я давно отказалась от мужчин, сама с этим справилась и теперь мне хорошо. А она – я лежу, представляете, мне тяжело – а она говорит: «Сейчас я тебе мужика приведу!» И пошла на улицу. Представляете, какое унижение?!

- Честно говоря, не очень, — отвечаю я, и то была моя роковая ошибка!

- Как?! Вы что?! Это же очевидно! — буквально возле моего уха, или даже в моей голове разносится крепкий женский голос вместе со своей хозяйкой в том виде, как я ее себе представил.

В общем, следующие 28 минут она уже крепко ругала меня, благодаря чему я узнал (далее дословно), что бессовестно корыстен и не стремлюсь помогать таким сирым и убогим, как она, а только за деньги, и хоть она не знает ни меня, ни моего имени, ни моей фамилии, она уверена, что я помогаю только тем, кто может дать большие деньги, а еще, что, наверняка, я учился на «троечки» и потому не знаю, какой совет может дать такая блестящая современная наука как психология в такой банальнейшей ситуации, когда мать сживает со свету собственную дочь, что очень часто случается в этом современном мире, где люди, все сплошь упыри, порабощенные денежной системой, вынуждены быть экстравертами и гнаться за ценностями этого мира, от которого она, собственно, и защитилась в своей интровертной оболочке, потому что этот мир и эти люди не понимают ее, но она чувствует себя уже давно прекрасно, а я такой же как все упырь, потому что тоже не понимаю ее.

И отключилась.

Я посидел немного, соображая, что это было – сон или явь. Поглядел на часы – проснулся больше часа как. Значит, явь.

Но почему так похоже на сон?

И вдруг меня осенило: все это как-то связано с тем, что снилось мне минувшей ночью! Точно!

И, слава Богу, сновидение — в тетрадке. А тетрадь – у изголовья кровати.

Я – к изголовью.

Открываю тетрадь. Вот, что я записал за час до звонка крепкого женского голоса.

1й сон: играю на допотопном игровом автомате, совершенно не похожем на современные, а больше — на кухонный комбайн. Кроме того, что он старый, он еще и сломан, а правила игры неизвестны. Как с ним играть? Он растерян!

Автомат растерян, как звонившая женщина!

2й сон: помогаю на железнодорожном вокзале человеку, который потерял документы. Он понимает, что никто, в том числе и он сам, не виноват, но раздражен, и это побуждает его искать виноватого. И я — тут как тут!

В точности, как та женщина с крепким голосом! Это был ее следующий шаг – после растерянности она почувствовала раздражение и невольно стала искать виноватого. И я — тут как тут!

3й сон: рыжеволосая, а, значит, не как все, девушка, в странном положении – обнаженная совершенно и одновременно что-то пишущая за письменным столом. А я непонятно как оказался в одной комнате с ней. И глазею. На нее. А она сердится. На меня.

А как ей не рассердиться?! Ситуация престранная! Полное унижение с ее точки зрения, а я этого не понимаю и уставился на нее. Вот и звонившая в таком же странном положении – очевидное унижение, а психологу не понятно.

4й сон: налысо побритый молодой человек, у которого вся голова в бриллиантовой зелени как после ветрянки и в разноцветных нитяных помпончиках, как у девочек на гольфах. Молодой человек что-то инфантильно рассказывает о себе. Несколько обиженно. Интересный персонаж!

Итак, проследим всю цепочку: растерянность, поиск виноватого, раздражение, обида.

Все эти четыре состояния звонившая женщина с крепким голосом сменила за 28 минут!

Мое сновидение заканчивается фразой «Интересный персонаж!»

Она — звонившая с крепким голосом — точно – интересный персонаж!

Так и надо было это ей сказать!

Причем, еще тогда, когда она поведала о том, как справилась со своим дефектом внешности.

Она ведь справилась! И успешно! А я не похвалил ее!

Похвалить! Ее нужно было похвалить и тем самым поддержать ее идентичность!

И, вообще, мало я хвалю людей.

Спасибо, незнакомая женщина!

А похвалю-ка я всех фигурантов сновидения!

- Незнакомая женщина с крепким голосом, вы умница – отлично справляетесь со своими трудностями в жизни. И то, что вам удалось стать интровертом и тем самым защитить себя, это замечательно и удивительно!

Приятно хвалить! Как будто меня похвалили!

- Молодой человек с бриллиантовой зеленью на бритой голове, у вас очень импонирующая внешность, она очень располагает к вам!

Зарделся! И я, и он в моем сне.

- Девушка (это я рыжеволосой), я, конечно, понимаю, что приперся ни ко времени и не к месту, но ваше тело просто прекрасно и даже роскошно, чем вызывает душевный трепет уже в моем теле. Ваше тело – наше национальное достояние!

Волнительно и томительно! Рыжеволосая красавица улыбается!

- Человек (тому, что на вокзале потерял документы), ты сильно попал, но и СИЛЬНО держишься! Молодец! (интонация твердая)

Понимающе кивает и жмет мою руку.

- Автомат, ты такой старинный, и такой теплый, и такой душевный, прямо как человек!

Одобрительно тарахтит!

А что за звук это одобрительное тархтение?!

Ведь оно вполне адекватно сливается с гортанным рыком крепкого голоса незнакомой женщины в телефоне, превращаясь в раскатистое мурлыканье с тянущимся к небу хвостиком на конце.

А если сюда же слить звучание томного дыхания рыжеволосой красавицы, то получается нечто вроде распевочки перед выступлением мексиканского песенного коллектива: «Ааа, аа, ааааааа, ааа-иии…»

Распевочка сама собой набирает обороты, задает ритм и творит мелодический рисунок.

Батюшки мои! Смотрите сюда: молодой человек с бриллиантовой зеленью на голове и разноцветными нитяными помпончиками уже пустился в пляс.

Правильно говорила Маша Цигаль: «Нерешаемое протанцовывай!»

Наш молодой человек, глубоко согнувшись и наклонив голову, истово трясет с растопыренными пальцами ладонями, тем самым добавляя огня в свои ритуальные притопы.

Кстати, в такой позе он очень похож на Моби из того же сна, что и Маша Цигаль. Удивительно!

«Ааа, аа, ааааааа, ааа-иии… Ааа, аа, ааааааа, ааа-иии… Ааа, аа, ааааааа, ааа-иии…»

Пальцы, локти, голова! Пальцы, локти, голова!

Жги, жги, красивоголовый! Это наш праздник!

Есть Поток!

Спасибо, незнакомая женщина, за твой крепкий голос и уникальные, далеко идущие, прозрения!

P.S. Продолжение Дневника Сновидений здесь.

Полдня в моей голове крутится фамилия Цигаль. Сначала так, чтобы я ее не замечал, потом так, чтобы заметил.

Что я знаю про Цигаль?

Ничего.

Имя Маша очень подходит. Маша Цигаль.

Устойчивое ощущение, что есть такой человек, и я о нем слышал. Но это сейчас не важно.

Что я чувствую про Машу Цигаль?

Очень нежное звукосочетание.

Темные волосы, невидимое лицо.

Вдруг музыка Moby «Natural blues» в голове.

Шаманский такой напевчик.

Как связаны между собой Маша Цигаль и шаманские песнопения?

Пока думал об этом – случилось обострение чувств по поводу недоговоренности с одним близким мне человеком.

Еще один фигурант этого сновидения!

Итак: шаманские песнопения, Маша Цигаль и недоговоренность с близким мне человеком.

Что?

Гляжу прямо на всех троих.

Вижу — девушка танцует. Темноволосая – аккурат как Маша. Только в индейской холщовой тунике и таких же штанах, расписанных сдержанно. В волосах косички, украшенные лентой.

Танцует Маша под «натурал блюз» Моби, и вроде бы что-то мне донести старается.

Как связаны между собой танец индейской девушки в образе Маши Цигаль и недоговоренность моя с близким мне человеком?

«Нерешенные и нерешаемые проблемы – протанцовывай!» - сказала индейская шаманка Маша Цигаль своим танцем под музыку Моби.

Протанцовывай нерешаемое!

Недоговоренности как протанцовывать?!

«Берем музыку и ставим танец!»

Мелодия песни группы «Руки вверх» — «И уходит от меня, и уходит от меня нелюбимая, ты, любимая моя…»

Тяжелые притопы ногами и всем телом с такими же тяжелыми взмахами руками.

Хорошо легло! Есть Поток!

Пошел погулять. Смотрю – женщина средних лет с укором на лице.

Кому?

Укор кому?

Мне, конечно.

Увлекло меня этим, держу внутренний фокус внимания на женщине средних лет, иду дальше.

Через двести метров навстречу мужчина моего возраста, лысоватый, с лицом «достали меня уже».

Зацепило меня его лицо, держу внимание теперь еще и на «достали меня уже», и думаю, как связаны укор женщины средних лет и «достали меня уже» лысоватого мужчины моего возраста.

Ничего не осеняет. Иду дальше.

Иду, иду и вдруг понимаю, вот именно — вдруг(!): моё лицо – силиконовая маска под глазами, и вокруг глаз, и нос, и на лбу, все кроме рта.

Как связаны укор женщины средних лет, «достали меня уже» лысоватого мужчины моего возраста и силиконовая маска на моем лице, если учесть, что все три фигуранта – это я сам?

Женщиной средних лет я укорил себя за силиконовую маску на лице, лысоватым мужчиной моего возраста ответил ей в сердцах: «Достали меня уже!», и силикона на моем лице стало больше.

Что все это значит – «укор на лице», «достали», «маска»?

«Да, я не совершенен!» - вдруг отвечает силиконовая маска женщине средних лет на ее укор вместо лысоватого мужчины моего возраста.

Женщина насупилась в ответ, но молчит.

Жду.

«Да, я не совершенен!»

Лицо мужчины расправляется. Женщина же ждет чего-то еще.

- Я – несовершенен, — тихо повторяю вслед за маской.

Женщина и мужчина по-родственному тепло начинают улыбаться друг другу.

Маска размякла и истончилась.

- Я – несовершенен! — уже смелее говорю я всем троим.

Им хорошеет.

Маша Цигаль сказала: «Протанцовывай нерешаемое!»

Мое несовершенство как раз из таких – я никогда не буду совершенным.

Несовершенство нерешаемо. Оно — всегда.

Маша, Маша, спасибо!

Я – несовершенен! Я – несовершенен.

Мотив, мотив, какой?

Яааа … НееСовершЕееенеен … яаааа … НееСовершЕееенеен…

«We are the champions, We are the champions — my friend» — queen, freddie mercury.

Есть Поток!

«Я – несовершенен, я несовершенен, my friend…»

Берем музыку и ставим танец! Как говорила индейская шаманка Маша Цигаль! Спасибо, Маша!

«Я – несовершенен! Я – несовершенен! Май фрэнд!»

Пою во все горло и кружусь с распростертыми руками и поднятыми к небу ладонями до ощущения нереальности происходящего.

И кто скажет, что оно нереально? Или что оно реально?

Я – несоверешенен!

Маша, ты спасла меня сегодня.

PS. Чуть позже, когда это сновидение было уже записано, я узнал, что Маша Цигаль замечательный московский дизайнер одежды. С такими, как надо, волосами и абсолютно шаманскими глазами. Спасибо, Маша. Наверное, я где-то Вас видел.

P.S. Продолжение Дневника Сновидений здесь.

Дор-блю или актимель? Что лучше?

Сыр с голубой плесенью или йогурт?

Кто задает такие вопросы?

Голодный может задавать такие вопросы? Или сытый?

Или сомневающийся?

Да, сомневающийся.

В чем его главное сомнение?

Тот, кто любит дор-блю, любит специфические вкусы, но необязательно любит поесть.

Тот, кто любит актимель, любит сладкое. И необязательно любит поесть.

И то, и другое почти не еда, а лакомство.

Сомневающийся лакомка.

Это уже кое-что.

В чем сомневается лакомка?

И как его пристрастие к вкусному связано с его сомнением или, скорее, неуверенностью?

В себе! Он сомневается в себе. Не уверен в себе!

Ведь выбрать вкус это его прерогатива (откуда такие слова во сне?)! Никто кроме него не сможет этого сделать!

А вкусы – контрастные. Зна-ачит… Что?

Каждый раз, когда он чувствует сомнение, он ищет возможность опереться на основу – тело! И его ощущения.

То или то?

Определиться в контрастных вкусах это способ обрести уверенность на базовом уровне самосознания.

Сомневающийся лакомка это нонсенс. Такой же как дор-блю или актимель в магазине моего детства.

Лакомка, если он лакомка, твердо знает, чего хочет.

Сомневающийся лакомка это нонсенс!

Потому что сомневается он не в объекте своей жажды, а в оценки направленности своих устремлений.

Или другими словами – он ищет в ощущениях тела подсказку, кто он и какой через выбор далеко отстоящих по качеству внешних раздражителей.

Если вы встретили сомневающегося лакомку, знайте, перед вами интеллектуал в поиске самого себя.

P.S. Продолжение Дневника Сновидений здесь.